Слава Демиш: История
3 заметки с тегом

История

Год жизни и работы в IT-Agency

История о том, как я будто бы вчера попал в IT-Agency, но уже прошёл год.

Время пролетело быстро, но произошло немало, поэтому я решил рассказать, как я сюда попал и что мне удалось пережить. Это большой и отчасти художественный текст об испытаниях, эмоциях и везении, поэтому рекомендую налить чаю и устроиться поудобнее.

5 января 2017 года. На дворе типичный сибирский январь и минус 20. Я работаю в кофейне уже почти два года и бесконечно от этого устал. Два через два я встаю в пять утра, сажусь в машину, открываю кофейню, с 6:30 до 17 произношу: «Здравствуйте, что вам приготовить», в затишье читаю книги и статьи. В выходные у меня другая должность — я что-то вроде менеджера и завхоза в одном лице: закупаю ингредиенты, подписываю накладные, езжу в транспортную и пекарню, что-то чиню (что-то ломаю). А потом снова за бар. Короче — рутина.

Тем утром народу нет: люди всё ещё отходят от праздников и спят до вечера. Я выглядываю в окно «красной будки» — так назвала нашу кофейню одна сумасшедшая, — за окном тишь. Я чётко понимаю — пора срываться с насиженного места.

У меня всегда была проблема с принятием судьбоносных решений. В этот раз мне помогла монетка. Орёл — увольняюсь и остаюсь в Красноярске. Решка — еду в Москву. Подкинул, поймал, смотрю — решка. В тот же день купил билет.

15 февраля в 9 утра я на Павелецком. Со мной 40 тысяч рублей, небольшая спортивная сумка и городской рюкзак, который я однажды взял у младшей сестры на месяцок, но проходил с ним два года. В лучших традициях слепого авантюризма я не искал никакое жильё заранее. Захожу в KFC и нахожу хостел на Чистых прудах. В тот момент я ещё не знаю, что проживу три месяца в этом логове малоуспешных авантюристов из регионов.

Первый день в Москве, сразу же нужно сфотографироваться на Красной площади

Я приехал в Москву, потому что Красноярск даже сейчас не особо готов нанимать себе редакторов. Зато про Москву я слышал, что тут нас чуть ли не с вокзала встречают. На самом деле, конечно же, нет.

На сайтах и в фейсбуке так пусто, что только перекати-поля не хватает. Из-за этого я хожу на стажировки менеджером во всякий общепит. Отчётливо помню, как на одной из них я слежу, как официанты сервируют столы, а про себя кричу: «Слава! Какого хрена ты тут делаешь? Ты не за этим ехал!». Хорошо, что менеджером меня так никуда и не взяли.

Было ещё собеседование копирайтером в какое-то агентство недвижимости. Там было смешно: на самом собеседовании меня словно пытались отговорить, а на вопрос: «Можно ли работать со своего компьютера?» ответили: «Нет, у нас тут свои компьютеры, система безопасности и локальная сеть». Я понял, что лучше уж менеджером в общепите, чем там и даже не стал делать тестовое задание.

Потом было собеседование и стажировка в агентстве Paper Planes. Там всё было неплохо, если не считать бесконечные задачи в постоянном режиме «нужно ещё на прошлой неделе». Потом случилось IT-Agency, но тут нужно немного вернуться назад.

В конце января у меня началась первая ступень Школы редакторов. Примерно в то же время я опубликовал статью «Важно делать круто». Чуть позже был переезд, хостел, стажировки. По утрам я делал задания школы, днём стажировался, вечерами смотрел вакансии и чатился с сокурсниками.

В нашем наборе был Костя Серов. Именно благодаря ему я узнал о вакансии в агентстве, но произошло это каким-то невероятным образом. Следите за событиями:

Маргарет Дьяченко публикует вакансию в фейсбуке. Эту вакансию репостит Люда Сарычева, с которой Маргарет давно дружит. Репост Люды видит Костя. Одновременно с этим моя статья «Важно делать круто» попадается Никите из агентства и он скидывает её команде. Захар пишет про мою статью в телеграм канале IT-Agency, и её видит тот самый Костя.

Он складывает в голове вакансию и тот пост Захара и пишет мне:

  • — Увидел в канале Айти Эдженси что-то про тебя. Ты там работаешь?
  • — Что ты увидел? Где?
  • — Ой блин, сейчас искать. Канал в телеграме, что-то цитировали тебя, что ли.
  • — Давно?
  • — Ну твой пост, как делать хорошо, типа того. Я просто подумал, ты там работаешь, потому что недавно видел вакансию редактора.
  • — Вакансия? Вакансия — это хорошо.

Пока я отправлял анкету и делал тестовое, я уже попал на стажировку в Paper Planes. И тут мне приходит письмо от Маргарет с предложением поговорить по скайпу. Мы договариваемся на среду. Так как во время собеседования я буду на работе, я бронирую себе переговорку.

Получается каламбур: я стажируюсь в одном агентстве всего третий день и там же прохожу собеседование в другое. Наглость без границ.

Через неделю Маргарет зовёт меня на стажировку. Я понимаю, что работать в Paper Planes и стажироваться в IT-Agency у меня не получится никак, поэтому в среду я говорю Саше из первого агентства, что после стажировки не смогу остаться. А в пятницу вечером еду в офис IT-Agency, знакомиться.

На улице мерзкая весна: ветер, ледяные дожди, слякоть, серость и пустые взгляды. Маргарет встречает меня на проходной и ведёт в офис. Вряд ли я забуду тот день: так тепло меня ещё никогда не встречали. Привет! Чай будешь? Чёрный или зелёный? У Риты день рождения был, вот два тортика — выбирай любой. Не обращай внимания, это Паша — он всегда так шутит. Вот стул, присаживайся. В голове вертится: «Такое вообще бывает?».

На стажировке было страшно. У меня денег почти не осталось и если бы не удалось её пройти, было бы неприятно. Ещё страшнее было спустя месяц — Маргарет назначила созвон по итогам и сказала: «Слава, мы ищем ведущего редактора и на эту вакансию ты не подходишь... но мы готовы тебя взять на внештат. Что думаешь?». А вы как думаете, что я думал? Я кое-как сдержался, чтобы не затанцевать, сделал лицо поравнодушнее и ответил: «Да, я согласен».

Как только закончилась моя стажировка, я переехал из хостела в съёмную квартиру, а это просто фото где-то в районе Патриарших

Ведущим редактором взяли Наташу Ганецкую. На стажировке мы с ней никак не пересекались, поэтому было страшновато. Маргарет думала, что я буду с ней воевать. Якобы из-за ревности. Но такого быть не могло, потому что я тогда прекрасно понимал — быть ведущим я ещё не готов. Поэтому-то никаких войн у нас с Наташей не было. Пару недель я присматривался, а потом доверился.

Работать в агентстве сложно. Временами — очень, но я не вижу в этом ничего плохого. Наоборот — нет ничего хуже, чем делать что-то простое — читай неинтересное. И сложность тут какая-то совсем не та. Например, сложно работать весь день на ногах, но это физическая сложность. Или сложно работать с утра до ночи, но это тоже не то. Моя работа в агентстве очень-очень редко вынуждает меня засиживаться допоздна. Я всегда могу остановиться и продолжить работу на следующий день.

В агентстве сложно, потому что масштабно. Одно дело писать статьи для обычных людей, среди которых ты сам. Совсем другое — писать для собственников бизнеса, которым ты никогда не был. В агентстве сложно, потому что нужно думать. И как раз поэтому — это хорошо.

Дизайнер Стас изобразил нелёгкую судьбу редактора на примере меня

У меня философия жизни предельно проста: нужно наладить все сферы и содержать их в порядке. Идеально не бывает, поэтому достаточно просто выруливать из крайностей. И если с работой, деньгами и друзьями у меня всё стало хорошо, то с личной жизнью у меня всегда была беда. Наступила осень и эта беда положила меня лицом в бетон.

Мало того что лето в Москве было недолгим, так я ещё и провёл его в одного. Весь драйв от переезда закончился, перекос в балансе дал свои последствия. В сентябре у меня на плечах работа в агентстве и сторонний проект. Дни выглядят так: подъём в пять утра, завтрак, метро, час—два работы со сторонним проектом, затем часов до пяти—семи работаю для агентства, снова метро, ужин, ютуб/книги/статьи/чатики. Ну вы поняли — снова рутина.

В октябре я покупаю билеты, а в декабре лечу на Бали. Особых надежд на перемены нет. Просто хочется солнца. Благо, что теперь мне не нужно увольняться.

Сильно не хочется вставать в ряды тех балийских просветлённых, но против фактов не попрёшь. Остров действительно помог, хоть и по-своему.

Арендовать мотоцикл было дорого, но так приятно

Ещё в ноябре я познакомился с девушкой в Москве. Мы успели увидеться один раз до моего отъезда, но почему-то продолжили общаться в инстаграме и телеграме. Она скидывала мне какие-то посты, я что-то отвечал, потом почему-то мы стали желать друг другу спокойной ночи, затем общение перестало быть просто дружеским. Почему так вышло — у меня нет ответа.

Как итог — я поменял планы. Сперва я думал вернуться в Москву в мае и даже билеты уже купил, но потом купил новые и в начале марта второй раз в этой истории оказался на Павелецком вокзале как приезжий. Только в этот раз меня встретили и мне, опять же благодаря агентству, было куда идти вместо душного хостела.

Сейчас я сижу в офисе IT-Agency и дописываю этот рассказ. Конечно, это всё ещё не конец истории: уверен, мне ещё много чего предстоит испытать и сделать. Однако в конкретный момент я, кажется, счастлив. А кажется лишь потому, что я ещё не до конца смог во всё это поверить.

Во всей этой истории есть два главных персонажа — я и агентство. Не знаю, как там где-то ещё, но в агентстве действительно круто и правильно.

В качестве доказательства вот моя открытка. Я получился смешным, особенно усы мне нравятся:

Как круто, что я с вами, ребят

Кстати, если хотите больше узнать о жизни в IT-Agency, прочитайте про это статью в Академии.

Представим, что это эпилог

Мне безумно нравится видео Кейси Найстата о том, чтобы делать невозможное. Оно как будто бы для видеоблогеров, но на самом деле нет. Там есть энергичная фраза: «завистники и трусы пьют шампанское на палубе Титаника, но мы тот самый грёбанный айсберг!».

Версия на русском, но она так себе

Одна знакомая москвичка мне однажды сказала: «Я боюсь людей из регионов. Вы приезжаете и вам нечего терять, поэтому вы прёте везде напролом, а мы, москвичи, слишком на расслабоне». Конечно, это относится не ко всем и вряд ли вообще тут есть зависимость мотивации и места рождения, но в моём случае это правда.

Ещё до первого отъезда в Москву, я конечно же слышал все эти истории про то, что сюда ежедневно приезжает десять тысяч мечтателей и ровно столько же «неудачников» уезжает обратно. Или истории про наглых москвичей, или про жестокость, обман и полное безразличие одних к другим. И знаете что? В жопу это.

Каждый человек сталкивается с трудностями и даже не так важно, получается ли у него с ними справляться. Куда важнее, какие уроки он выносит и что делает после. Если ты приехал в Москву, просрал всё в барах, а потом обвиняешь окружающий мир — извини, но ты сам виноват. Если ты разок столкнулся с неприятностью и сдался — извини, но ты сам виноват. Если ты думал, что в Москве тебя ждут и всё принесут на блюдце — извини, но ты сам виноват. По-настоящему ценно из раза в раз выбираться из грязи неудач, протирать глаза и твёрдым шагом идти напролом.

Разумеется, у меня невесть какая история успеха. Я думаю, что тут больше дело в каком-то везении, что ли. Но даже такой простой подвиг как переезд в другой город для многих моих друзей и знакомых кажется невозможным. Поэтому следующая фраза специально для них:

Если что-то кажется невозможным, у вас есть только один способ это выяснить.

Мне тоже казалось, что невозможно переехать в Москву и чуть ли не сразу попасть в нужное место, но получилось. Более того, на тот момент по-настоящему невозможно было ничего не менять. Понимаете меня?

Спасибо всем, кто дочитал до конца это полотно. Поделитесь этой статьей, если она вдохновляет.

28 марта   жизнь   История   опыт

Заставь себя разобраться

О том, как я поцеловал лягушку

Начну издалека. Я адепт эмпирического знания: никакая теория не заменит личный опыт человека. Покажите ребёнку документалки об электричестве, прочитайте сказки, вредные советы и анекдоты про Вовочку, но рано или поздно он сунет пальцы в розетку. Эта секунда покажется ему вечностью и научит на всю оствшуюся жизнь.

Я много раз читал и слышал: «Не суди по одёжке», но, оценивая задачу, продолжал это делать. Где-то внутри я понимал, что сокровища скрыты под грязной трясиной поверхности и вонью сероводорода. И надо лишь нырнуть, а там и клад, и весь этот прекрасный подводный мир. На практике я стою на причале, мнусь с ноги на ногу и спрашиваю: «А может не надо? может кто-то другой?».

Сначала всегда страшно

Главный месседж: описание задачи может нагонять скуку и ввергать в прокрастинацию, но стоит разобраться — задача становится интересной.

Главред IT-Agency Наташа ставит задачу: «написать про штуку Эльдара для Power Query». Что такое Power Query я понятия не имею, зачем нужна эта загадочная штука — тоже. Задача выглядит сложно и уныло, и поэтому я откладываю старт аж на неделю. Гордиться нечем.

С горем пополам назначаю интервью с Эльдаром. Читаю интернеты, чтобы выяснить, что такое Power Query, готовлю список вопросов. В четверг мы созваниваемся, я спрашиваю: «Зачем?» и всё резко меняется.

Нужно прочувствовать задачу

Оказалось, что эта штука, которая на самом деле коннектор для Яндекс.Директа, помогает интернет-маркетологам экономить часы времени и тысячи денег. За пять минут она проверяет объявления в рекламных кампаниях и говорит, если там есть ошибки в ссылках. Не буду описывать зачем это нужно, подпишитесь на дайджест IT-Agency, чтобы не пропустить готовую статью.

Суть в том, что этот небольшой скрипт бесконечно полезен и его КПД супер высок. Благодаря тому, что я это понял и прочувствовал, я сижу у клавиатуры и фигачу статью до двух ночи. Лягушка обернулась принцессой, а надо было всего-то и делов, что поцеловать.

Круто, когда разобрался

Разумеется, не со всеми задачами так. Бывает, вникаешь и понимаешь, что она ещё унылее, чем казалась. Бывает, что и вникать не надо, сразу видно — задача крутая. Или изначально кажется крутой, а стоит вникнуть — задача скукотища. И есть только один способ всё это выяснить — прыгнуть в омут, поцеловать лягушку, заставить себя разобраться.

Между опытом с розеткой и этим инсайтом о задачах есть разница. Розетка учит за один раз (в моём случае за два), а инсайт нужно закреплять и продолжать себя заставлять. В конечном счёте это поможет открыть для себя много всего нового.

Я уже взял зубило и высекаю на граните науки — круто, когда разобрался.

Отпуск в Армении

 

Все началось раньше, чем кажется. Раньше выматывающей июльской жары. Раньше обыкновенной усталости. Раньше удушающей рутины и неудач в личной жизни. Лед тронулся, когда поиск самого себя разогрел асфальт, и стало больно стоять на месте. И психически, и физически.

Сна было мало. Мало было друзей, прогулок, алкоголя, ветра. Мало было тепла в плюс тридцать. Настал момент, когда всего мало.

Я понял – пора поднять паруса.

 

 

Понедельник.

 

Наш рейс в Ереван летит из Новосибирска с пересадкой в Москве. За пару дней я бронирую блаблакар, утром пятнадцатого августа в понедельник мы грузимся в серебристый седан Сергея, и едем из Красноярска в Новосибирск.

Сергей – мент. Так он себя назвал. Снабжает тюрьмы робой, постельным бельем и прочей бытовухой. Пару раз он отвлекается от дороги, и мы чуть не улетаем в кювет. Он нелепо шутит. Слушает музыку восьмидесятых и девяностых.

Неделю назад от него сбежала жена. Рассказал, как он пробил через коллег ее поезд, вагон и номер купе. Догнал на машине и выяснял отношения за тысячу километров от дома. Все это в шуточной манере, но за ширмой юмора приглушенно гремит печаль. Помимо прочего в машине жарко, шумно и неудобно, все время хочу есть.

 

 

Новосибирск встретил надменным безразличием и даже в баре «Френдс» дружелюбия не было. Попробовал перекрыть усталость и волнение маленьким шотом хреновухи и стаканом сидра. Не удалось. Новосибирск мелькнул огнями офисных зданий и вот мы сидим в автобусе, который везет нас в аэропорт. Ночевать будем там.

 

Вторник.

 

Я бросил коврик-пенку за лавку, положил рюкзак под голову, обнял сумку с фотоаппаратом и уснул. Сильно выспаться не удалось, но это лучше, чем ничего. Утром аэропорт наполнился людьми, суетой и шумом. Хотим есть, но в заведениях цены стремятся к бесконечности. Это не удивительно, но все равно немного злит. Регистрируюсь, сдаю багаж.

У нас с другом разные рейсы, мы покупали билеты по минимальным ценам с разницей в неделю. Его самолет уже расправил крылья и взлетел, а мой задержался. Я сел в тесное кресло аэробуса, включил старенький «волкмэн», насладился театром стюардесс и мы взлетели.

 

 

Между рейсами пересадка час, но первый рейс опоздал. И пока я бежал из одной части Домодедово в другую, пока проходил паспортный контроль и досмотр, самолет улетел без меня. Такое у меня впервые. В представительстве авиакомпании мне бесплатно переоформили билет на следующий рейс и отправили получать багаж.

Если вы опаздываете на рейс, багаж не грузят в самолет.

– Здравствуйте, – говорю я и протягиваю наклейку с номером багажа, – мне бы багаж получить.

Женщина поднимает трубку телефона, называет номер, ждет. Через две секунды кладет трубку и произносит:

– Не прилетел.

Мой рюкзак не загрузили в Новосибирске. Благо все деньги, документы и техника у меня. В рюкзаке лишь палатка, спальники и одежда. Я регистрируюсь на новый рейс, прикрепляю бирку багажа. В представительстве обещают, что рюкзак прилетит в Ереван следующим рейсом.

 

 

Домодедово это поликлиника. Тут кричат, бегают. Десятки людей опаздывают, многие уже опоздали и плачут. Постоянные объявления о посадках на всех языках мира, задержки рейсов, изменения выходов. Я ждал вылета два часа, плюс его снова задержали. Я голодный, уставший, с головной болью все-таки вылетаю в Ереван. Ура.

Мой друг два часа ждал меня в Ереване. По прилету я составил акт о неприбытии багажа, и мы отправились в город. Самым первым впечатлением стал таксист. Вообще, армянской тактике продаж можно только позавидовать. За мгновение ты становишься ему другом, братом и самым лучшим клиентом, которому «так и быть» он сделает скидку. Это происходит так искренне. Сторговав цену в два раза, мы приезжаем на жд-вокзал. А оттуда идем по улице, жадно уминая лаваш с молоком, купленный в первом же магазине. Первая еда за день, не считая перекуса в самолетах.

 

 

Палатка и спальники где-то в пути, а на улице ночевать не охота. Находим хостел за триста рублей/ночь с завтраком, душем и интернетом. Распиваем по пиву, говорим о жизни, любви и смелости для всего этого. Мы в Армении.

 

Среда.

 

До десяти утра сидим в хостеле, затем звоним в аэропорт. Багаж прибыл и мы на маршрутке едем в аэропорт. Я удивлен тому, что этот вопрос решился так быстро. Слышал много историй о том, как багаж ищут неделями.

 

 

Возвращаемся в Ереван. У нас час до электрички и мы гуляем по центру. Очень жарко, спасают только фонтанчики с артезианской водой и увлажнители дорогих кафешек, под которыми мы ходим. Затем едем на вокзал, прыгаем в вагон и стартуем во второй город Армении – Гюмри.

 

 

Ереван красивый и современный город, с дорогими машинами, лебедями в центре, бутиками и людьми в строгих костюмах. Но стоило нам отъехать на десять километров и Армения показала другую сторону. Разруха, бедность и горе в глазах людей. Деревни в упадке, дома в ужасном состоянии, повсюду перевернутые машины, мусор, заброшенные поля. Аисты кружат над помойками. Начальники станций, одетые в грязную форму, лениво провожают электричку. Часто встречаются магазины с вывесками времен СССР. Мы проезжаем мимо Арарата.

 

 

Мы привыкли, что граница всегда где-то там, далеко. Сейчас мы едем в электричке, и в ста метрах идет забор из рабицы. А за ним Турция. Вагон грязный, едем медленно, останавливаемся, кажется, каждые пять километров. Из Еревана мы выехали в пол третьего, до Гюмри добрались к шести. А ехать всего сто километров, между прочим.

На улице пасмурно, мы сидим на рюкзаках возле драматического театра. Рядом на лавочках отдыхают люди, подросток катается на скейте. Путешествие – это заряд, даже короткое. Сидя на рюкзаке, посреди маленького городка маленькой страны, я чувствую себя свободным. Я хочу творить, хочу быть простым. Реализовать самые нелепые идеи, решить любые задачи, стать собой. Хочу любить, писать, улыбаться. Город снова затянет, и самое время высечь план. Путешествие – самая кармическая вещь в мире. Тяжело, ты ненавидишь пыль, мышцы опухают, горло сохнет, но утром ты живой.

 

 

В Гюмри мы едим большую порцию ризотто, пиццу и чай с чабрецом. На это уходит двести пятьдесят рублей с человека, затем встречаемся с Тароном – другом близкого человека. Ночевать будем в доме его двоюродного брата. Но это не просто дом, а своеобразное арт-пространство. Там выступают небольшие группы, люди играют в мафию, празднуют дни рождения. Место для своих, и стать своим просто. Нужно знать кого-то из компании. А компания не маленькая.

 

 

Дом Роба, или в оригинале Rob's home, сделан руками этих людей. У них богатое воображение, океан эмоций и нет денег. Здесь к стене прибиты пластинки «Мелодия», старые шины переделаны в сидушки, на стенах плакаты, советские фотоаппараты, на палочках от мороженого нарисованы логотипы популярных рок групп. В одной из комнат лежат барабаны, в другой гитары. В третьей матрасы. Место сделано за копейки, но цены стараниям – нет. Энергетика потрясает, здесь хочется творить, хочется писать, хочется быть другом каждому. Здесь это легко. Нет стеснения и неловкости. Это место кажется мне собственным домом. Хочу здесь остаться. Мечтаю сделать такое место сам.

Если сделаю, обязательно вас приглашу.

 

 

Четверг.

 

Утром мы завтракаем, пакуем рюкзаки и выдвигаемся из города на трассу. Плана нет. Нужно доехать до Тбилиси, но мы не уверены, что успеем за день. Из центра Гюмри до трассы добираемся за полчаса. Пешком, не спеша, с рюкзаками. Это о том, каких размеров второй город Армении. Еще через пятнадцать минут мы едем до третьего города Армении – Ванадзора. Едем быстро, на поворотах бывает страшно. Уже начинается гористый пейзаж и оторвать взгляд от окна сложно.

– Что видели, что понравилось? – спрашивает водитель.

– Природа хорошая у вас. Безумно. – говорю я.

– А люди?

– И люди.

И так с каждым

 

 

Нас высадили на въезде в город, чтобы ехать дальше нужно пройти около шести километров. Это слишком далеко и долго, мы проезжаем это расстояние на маршрутке. Перед выходом из города берем шаурму в неприметном ларьке. Жар от гриля, запах лука, масла и перца. Армянин нарезает свежее мясо, кладет овощи, соус. Заворачивает в лаваш. Все это голыми руками. Ни о какой санитарии речи быть не может, но в этом есть своя романтика. Может быть, это единственный способ готовить с душой. Пусть я буду тысячным человеком, который скажет, что шаурма здесь от богов. Но это, черт возьми, так.

 

 

Вокруг горы, бурлит река, и мы на волнах серпантина едем со скоростью сто километров в час. Я сижу в салоне минивена среди коробок с абрикосами и впиваюсь взглядом в относительно не высокие, но грозные вершины. Водитель молчалив, слушает армянскую попсу на русском про золотые айфоны, мерседесы и леопардовые плащи.

Следующий городок – Аливерди. Унылые девятиэтажки стоят на обрывах скал, повсюду та же разруха, дорога убита. На вершине горы дымит завод, внизу много производственных зданий – ни одно из них не работает. Мы едем дальше. Сменив три машины, добрались до границы. Идем на паспортный контроль.

 

 

– Здравствуйте – говорю я.

Пограничник устало глянул на меня, ударил печатью в паспорте и безразлично протянул его мне. Пока, Армения.